cinematographua (cinematographua) wrote,
cinematographua
cinematographua

Categories:

The Newsroom с бывшим шеф-редактором НТВ

На этой неделе закончился сериал Аарона Соркина The Newsroom о том, как делают новости (если вы его не смотрели — вот подробный гид Look At Me). Для не посвященных в процесс бег, крики и телефонные звонки актеров на экране выглядят несколько хаотично, а как из этого получаются новости — не совсем понятно. Для того чтобы проверить, насколько все изображенное на экране похоже на правду, мы решили посмотреть первую серию с человеком, который сам прекрасно разбирается в процессе. Александр Уржанов, бывший шеф-редактор НТВ, рассказал нам, может ли бывший прокурор стать лицом информационной программы, как распознать дегенерата и почему подобный сериал на российском телеканале выглядел бы как ситком.

Александр Уржанов

Александр Уржанов два года работал шеф-редактором программы «Центральное телевидение» на НТВ, однако месяц назад ушел с телеканала. Среди других его проектов — журнал «Милый друг».

 

В кадре: В университете происходят дебаты с кандидатами либералов и консерваторов и Уиллом Макэвоем.

Уржанов: Насколько я понимаю, это не телевизионная съемка. Это просто дебаты в каком-то университете. Довольно сложно представить себе такую ситуацию с российскими ведущими, потому что они в этом не участвуют. Да и я никогда не видел, чтобы три кандидата приезжали в один и тот же университет и пытались там рубиться. Одного Медведева я видел, а вот подобный формат в принципе в нашем телеке последний раз присутствовал где-то в конце 90-х.

В кадре: На вопрос «Что делает Америку величайшей страной в мире?» Уилл отвечает, что она таковой не является.

У.: Что произойдет, если любая российская публичная персона скажет, что Россия — это не самая великая страна в мире? У кого-то упадет челюсть, кто-то достанет айфон и начнет снимать? Это еще одна ситуация, когда такой проблемы не возникнет в принципе. Да еще если перечислять статистику, как он делает, которая вообще считается спекуляциями из-за рубежа. Все очевидно, поэтому никто за ним вот так не побежит. Разве что из администрации президента позвонят с нагоняем.

В кадре: После этой сцены начинается заставка сериала.

У.: Титры, кстати, лажовые.

В кадре: Утро, в ньюсруме почти пусто. Уилл проходит в свой кабинет.

У.: В основном, конечно, в ньюсруме все одинаково. Утром никого нет.

LAM: Ведущий программы может пропасть на три недели и не отвечать на звонки и письма?

У.: Что ему мешает взять отпуск по контракту? Его заменят в том же слоте другим ведущим, что вообще не проблема, как и в России. Пропал и пропал.



LAM: А людей не дергают из отпусков и не просят работать дистанционно?

У.: Зависит от включенности ведущего в процесс. В том возрасте, в котором сейчас Уилл, иногда человека невозможно и в субботу на работу вытащить. В России забухать и не принимать решения может руководитель любого звена вплоть до генерального директора. Вот и здесь Чарли Скиннер льет за воротник. Есть отличный фильм Сидни Люмета Network, там довольно наглядно показано, какое количество алкоголя проливается в этих помещениях.

LAM: Это мы еще обсудим.

В кадре: Дон и Мегги выясняют отношения.

У.: Я всегда говорил, что не нужно заводить отношения в ньюсруме. Вообще никогда. Снаружи есть много прекрасных людей. Все плохо кончится в любом случае.

В кадре: Уилл узнает, что почти вся его команда ушла работать над другой передачей.

У.: А, они все перешли в другую бригаду! Вот почему Уилла удивляет пустой ньюсрум. У нас бы он не удивился тому, что в одиннадцать часов на работе три калеки.

В кадре: Макэвой и Дон бурно обсуждают случившееся.

У.: Вот, собственно, заменой адреналина отношений часто являются отношения между ведущим и шеф-редактором. Это абсолютная классика и довольно понятно, почему Уилл так недоволен. От этого парня — в смысле, от кудрявого — зависит больше, чем от носатого. Если он уходит, то забирает с собой всех, потому что они непосредственно работают и разговаривают с ним и звонят в экстренных случаях ему. Последнее слово, конечно, часто за ведущим, потому что у него больше полномочий, но если ты не выходишь три недели на работу, надо быть готовым к такому повороту.

LAM: А выбор бригады зависит от популярности программы?

У.: Да, конечно. Бригады, которые работают на праймовые сегменты, всегда сильнее. Я знаю прекрасный эпизод корпоративной войны на ВГТРК, когда люди, которые отвечают за режиссерские бригады, решили немного поучить жизни зарвавшегося ведущего новостей. Придя на работу, он выяснил, что все режиссеры, с которыми он много взаимодействовал, переехали на соседний канал, а у него сидят новые люди, которые не понимают, куда нажимать, что где лежит, как работать и кто, собственно, тут бегает и разоряется.

В кадре: Чарли Скиннер пытается убедить Уилла не устраивать сцену.

У.: Вот что демонстрирует разницу между нашим и американским ТВ. Там путь до продюсера эфира долгий, как и до ведущего, собственно. Уилл тут скорее исключение, хотя он неопределенного возраста. Если зайти на сайт CNN и посмотреть, сколько лет ведущим, то там полно людей, которым лет по пятьдесят — хотя выглядят они неплохо, некоторые даже молодо. Ты не можешь, как в России, прийти и сразу сесть в кадр, потому что ведущий — это человек с бэкграундом. Нужно пройти все круги ада, прежде чем ты достигнешь такой высокой позиции, как исполнительный продюсер или ведущий. У нас корреспондентская карьера занимает считанные годы, иногда год-два, карьера ведущего — то же самое. Во многом поэтому у нас такие новости, какие есть. С другой стороны, из-за того, что у нас в индустрии очень низкий потолок, к пятидесяти годам человек, как здесь говорят, mentally and physically exhausted: света белого не видит и ему, скорее, пора в монастырь, а не руководить новостной бригадой.

В кадре: Уилл заявляет о том, что не согласится с кандидатурой Маккензи.

У.: Я бы с удовольствием посмотрел на морпеха-руководителя отдела новостей и ведущего-прокурора особенно, как вот этот носатый человек. Вот есть прокурор Шохин, который вел дело ЮКОСа, — он будет вести новости? Единственный близкий случай — дочка Колокольцева, тогда главного московского полицейского, пыталась вести новости на канале «Россия-24», но даже не дошла до эфира — видимо, по объективным причинам.
Берем прокурора Pussy Riot, сажаем в студию новостей, включаем суфлера —  и это готовый ситком, в который можно подкладывать закадровый смех.

В кадре: Скиннер выпивает виски и незамедлительно заказывает еще один.

У.: Сколько у них там? Полдень?

LAM: Наверное. В любом случае рановато для выпивки.

У.: Я не понимаю, почему Скиннер это сделал. Он, конечно, предвидел такую реакцию. Мне кажется, что Маккензи продержалась тут больше двух дней только в силу того, что нужно иметь целый сезон сериала. Очень рискованный вариант. Может быть, морпехи всегда так делают.

В кадре: Мегги, ассистент Макэвоя, разговаривает с отцом.

У.: Это Gmail?

LAM: Да.

У.:  Видимо, у них тоже более-менее отвратительные корпоративные инструменты, раз все пользуются нормальными бесплатными сервисами.

В кадре: Старший продюсер Джим узнает, что, возможно, остался без работы.

У.: Между прочим, когда Джим жалуется, что потеряет работу, он имеет в виду не сезон или два, а лет двадцать. Многие вообще никогда не переходят из сети в сеть. Все работают на одном месте очень долго, годы и десятки лет, а не месяц, не два и не три.

В кадре: Макэвой и Маккензи разговаривают по душам.

У.: Если у ведущего в кабинете стоит портрет президента, значит, он конченый дегенерат.

В кадре: Маккензи узнала, что Макэвой отдал три миллиона долларов за право уволить ее в любой момент.

У.: Я думаю, что у многих, кто занимается этой профессией в России, отвисла бы челюсть на этом моменте. Надо понимать, что если Уилл платит кэшбек в несколько миллионов долларов, то у него еще немножко осталось. Ни один ведущий в России не получает столько, сколько Уилл — или получает каким-то другим способом.

В кадре: В редакции обсуждают поступившую новость о разливе нефти в Мексиканском заливе.

У.: Ньюс алерты — это лента агентств. Здесь, по-моему, они упоминают AP или Reuters. Понятно, что у каждого продюсера есть огромная база контактов, которые могут делиться информацией, прежде чем она попадет в агентства. Агентства, во-первых, опаздывают, а во-вторых, дают мало времени на то, чтобы среагировать. Так что это просто один из инструментов, на который в большей степени ориентируются новостники. Если передача выходит в еженедельном режиме, то на агентства, скорее всего, они и внимания обращать не будут. А все эти желтые, красные пометки — для удобства, в России агентства пишут, например, «Молния», что-то вот такое из 1972 года.

В кадре: Идет обсуждение того, стоит ли посвящать программу новостям из Мексиканского залива.

У.: Девяносто процентов зарплаты вот такого человека — понимание того, что важно, а что нет, независимо от того, желтым это цветом выделено или вообще появилось где-нибудь в твиттере. Он должен это понимать, и в этом смысле кудрявый сейчас сильно лажает — мог бы догадаться, что это не баллон на кухне взорвался. Но, с другой стороны, он просто вредничает по сценарию.

В кадре: Уилл в споре ссылается на рейтинги.

У.: Это вообще главная вещь, на которой строится любой профессиональный конфликт: сто зрителей и делать хорошо или миллион зрителей и делать плохо. В этом смысле они совершенно прекрасно понимают коммерческую природу эфира, хотя понятно, что это сильно переплетено с бизнесом, который переплетен с политикой. У нас в принципе государственное влияние куда сильнее, поэтому в России каждый день принимаются решения вопреки рейтингу, просто из политических соображений. Там только попробуй продерись через корпоративную иерархию и объясни, почему нужно пожертвовать рейтингом ради чьих-то интересов.

В кадре: Маккензи сообщает, что хочет делать новости на благо страны.

У.: После таких диалогов мальчики и девочки идут на журфак. Фраза «Хочу использовать твой талант во благо страны» — это, конечно, фраза из ситкома, и тут должен быть закадровый смех. Зато у нас в эфире такой дешевый прогон прошел бы на ура.

В кадре: Дон бежит раздавать задания в связи со сменой темы.

У.: Когда постоянно имеешь дело с тем, что проходит по категории «пиздец», то, что у всех людей проходит по категории «пиздец», кажется чем-то тривиальным.

В кадре: Макэвой готовится к эфиру.

У.: Уилла не так просто заменить, это лицо, которое вызывает доверие. Если у него есть рейтинги, это измеритель доверия. В России это более сложный и сравнительно интегральный показатель. Если заменить одного ведущего другим, ничего принципиально не изменится. Одно время пропадала Екатерина Андреева. Кто может сильнее ассоциироваться со своей программой, чем она? Кажется, что она в своей студии болтами прикручена. Но она исчезает на три месяца, в эфире появляются люди, фамилий которых никто не знает, и, в общем, ничего особенно не происходит. 

В кадре: Маккензи угрожает Уиллу выпустить его в эфир с неправильной шапкой программы.

У.: Конечно же, шапка программы не перебивается так быстро, это постоянный элемент, но сам по себе разговор очень правильный. Во-первых, с тактической точки зрения, потому что ведущий в момент эфира — инвалид, который слышит голоса в голове, и все должно быть завязано на того, кто в аппаратной; во-вторых, стратегически — потому что нечего выпендриваться.

В кадре: Сотрудники срочно добывают необходимые сведения во время эфира.

У.: Очень редкая ситуация, когда кто-то пытается что-то добыть после того, как начиинается эфир. Понятно, что когда речь идет о событиях экстремальных и происходящих в реальном времени, это можно себе представить, но, я думаю, у нас вряд ли бы кто-то стал так дергаться. Разве что лет пятнадцать назад, когда всем это страшно нравилось.

В кадре: Прямой эфир с представителями компании.

У.: Как правило, в России те люди, которые включаются в прямом эфире, обычно записаны заранее и включаются в псевдопрямом эфире. Но даже если это прямой эфир, никто не будет так возить их мордой об стол. Вопросы они, как правило, знают заранее: представители корпорации в принципе откажутся разговаривать, если не знают вопросов заранее, так же, как государственные органы или Филипп Киркоров. Это совершенно чудовищная практика. Последний раз, когда я видел прямое включение представителя «Газпрома», если я не путаю, был лет пять назад, во время газовой войны России и Украины. Все это закончилось плохо: увольнением ведущего из-за того, что он перепутал цену кубометра газа.

 

В кадре: Чиновник среднего звена рассказывает о произошедшем.

У.: Чиновник среднего звена согласится выйти в новости, не поговорив с начальством, только если он решил завтра не приходить на работу. Но тогда бы он вышел и сказал: «Я не могу молчать, не могу скрывать правду. Завтра я пойду на митинг на Болотной, а сегодня скажу следующее». А так это почти нереально.

Общая оценка:

Очень похоже на правду. Тут, конечно, многие мелкие детали опущены по драматургическим причинам. Но если брать одну серию — это 8 из 10, очень похоже на то, как обстоят дела. Все звонят, бегают и разговаривают — так все и выглядит.
источник

Как вам этот сериал???
Tags: newsroom, обзор, сериал
Subscribe

  • Цифры в кино

    Угадайте для чего в кино использую эти цифры? 29, 341, 45, 119, 1311, 9

  • Почему интернет делает нас глупее?

    Хорошая статья. Но далеко не все смогут ее одолеть. И это еще одна причина того что происходит в интернете :( По моему мнению, существует пять…

  • Правда цинична, но это правда

    Большинство того, что мы видим или слышим - ложь. Причина проста правда горька и ее далеко не все хотят слышать, а вот лесть, приукрашивание и…

promo cinematographua december 29, 2016 19:15 122
Buy for 100 tokens
Что смотрят Блогеры ЖЖ? Это новый проект который поможет блогерам Живого Журнала поделиться своими предпочтениями или дать советы по просмотру Кинофильмов или Телесериалов. Возможно вы найдете друзей с такими же кино пристрастиями. Время от времени мы будем создавать список самых популярных…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments