cinematographua (cinematographua) wrote,
cinematographua
cinematographua

Category:

Советы голливудских продюсеров




Стив Голин («Выживший»), Кристин Ванчон («Кэрол»), Стейси Шер («Омерзительная восьмерка»), Саймон Кинберг («Марсианин»), Айс Кьюб («Голос улиц») и Скотт Купер («Черная месса») рассказали о 8-часовом разговоре с Джонни Деппом, хорроре Ингмара Бергмана и отсутствии самоцензуры у Квентина Тарантино.


С высоты долгих лет, проведенных в индустрии кино, что бы вы хотели посоветовать себе начинающему?

СТЕЙСИ ШЕР: Поменьше скромничать. Знаю, знаю — я не отношусь к категории неисправимых скромниц. (Смеется.) Но вот какая беда: женщины имеют привычку уступать, подчиняться и прогибаться, и я в этом плане — не исключение. Вместо того чтобы просто делать свою работу, я тратила уйму времени и сил на создание имиджа очень прилежного сотрудника и хорошей девочки.

КРИСТИН ВАНЧОН: Уверена, что это свойственно почти всем женщинам нашего с тобой поколения. Все мы слышим этот внутренний голос, который все твердит и твердит: «Я не хочу, чтобы кто- то считал меня сукой!» Благо наступает момент, когда ты понимаешь: жизнь — это не конкурс на звание самой популярной девчонки школы. И ты не шоколадный торт, чтобы нравиться всем.

ШЕР: Ты имеешь право быть сильной. И плевать, что «сильная женщина» и «сука» в нашем обществе до сих пор кажутся словами-синонимами.



Стейси Шер

АЙС КЬЮБ: Я бы дал себе такой совет: не принимать близко к сердцу свои неудачи. Будучи черным, я часто мучился вопросом: «Боже, почему мой проект не двигается с мертвой точки? Почему снимают всякое дерьмо, а не тот фильм, который я считаю крутым? Уж не связано ли это с моей расовой принадлежностью?» Но это полная чушь. Со временем ты понимаешь, что каждый фильм от замысла до экрана проходит очень тяжелый путь. Не удивлюсь, если Стивен Спилберг говорит себе: «Черт! Они не хотят делать это кино лишь потому, что я Стивен Спилберг?»

СТИВ ГОЛИН: О да! Работа в кино — это бесконечная полоса препятствий. К этому нужно быть готовым. Чем раньше ты нарастишь себе толстую кожу, тем легче будешь справляться с этими сложностями. И совершенно не важно, сколько фильмов ты уже успел сделать. На сам процесс это никак не влияет. Ты всю жизнь остаешься эдаким Вилли Ломаном (главный герой пьесы Артура Миллера «Смерть коммивояжера». — THR), который всем и каждому пытается впихнуть свой товар. За моими плечами — примерно полсотни проектов. Но это никак не облегчило работу над «Выжившим». Иньярриту — очень требовательный, абсолютно бескомпромиссный человек. С точки зрения логистики это был самый сложный фильм в моей карьере. Зато Лео (ДиКаприо. — THR) в нем просто бесподобен! Только не верьте всему, что он говорит! Не спал он ни в какой туше бизона! Он провел в ней всего пару часов, да и туша не была настоящей. Но с тем, что условия съемок казались нечеловеческими, я абсолютно согласен. Я еще никогда не принимал участия в фильме такого масштаба. И, честно говоря, я не хочу повторить этот опыт вновь.



Стив Голин

САЙМОН КИНБЕРГ: Делай только те фильмы, которые нравятся тебе самому, — вот что я бы себе посоветовал. Мне жаль, что я не сразу пришел к этому выводу. После киношколы я решил, что должен ориентироваться не на свои предпочтения, а на запросы студий и зрителей. Скользкий путь. Столько времени было потрачено из-за этого впустую! Только последние 10 лет я занимаюсь тем, что мне по-настоящему нравится. Подумать только: я приложил руку к созданию научно-фантастического фильма Ридли Скотта («Марсианин». — THR)! Этот факт затмевает все сложности, которые возникали в процессе. Я ведь вырос на классических картинах Спилберга, Лукаса, Кэмерона, Скотта. Первые «Звездные войны» перевернули всю мою жизнь. Вот на такие проекты мне не жаль ни времени, ни нервов, ни сил.

И теперь вы работаете над спин-оффом «Звездных войн». Вы чувствуете какое-то дополнительное давление?

КИНБЕРГ: Если вы имеете в виду давление со стороны фанатов, то нет. Меня этот аспект никак не волнует. Я уже работал над фильмами с огромной фанатской базой — те же «Люди Икс». Об ответственности перед поклонниками франшизы лучше просто не думать — иначе ты не сможешь работать, не сможешь услышать в этом хоре собственный голос. Со «Звездными войнами» я чувствую другое давление — на меня давит ответственность перед самим собой. Перед тем 6-летним мальчиком, который пошел с папой в кино на фильм «Империя наносит ответный удар» и после сеанса сказал себе: «Я тоже хочу так делать!»



Саймон Кинберг

В режиссерское кресло спин-оффа «Звездных войн» поначалу метил Джош Транк, с которым вы работали над «Фантастической четверкой». Что это за история с его увольнением? Вы к ней имеете какое-то отношение?

КИНБЕРГ: Нет. Я как раз был тем человеком, который привел его в «Звездные войны». В том, что наши пути разошлись, нет чьей-то вины — это было обоюдное решение. Проект показался ему слишком сложным, слишком большим и слишком ответственным. Он сам отказался. Имеет полное право.

Скотт, над созданием «Черной мессы» вы работали и как продюсер, и как режиссер. Как продюсеру вам когда-нибудь хотелось уволить себя как режиссера?

СКОТТ КУПЕР: Это желание возникало у меня в среднем раз в день. (Смеется.) Но у меня было слишком много работы, чтобы всерьез размышлять о своем увольнении.

Как вам удалось заманить в этот фильм Джонни Деппа? Можете вспомнить, что вы ему сказали во время первой встречи?

КУПЕР: Дело в том, что я его не заманивал. Мне просто повезло. Однажды у меня раздался телефонный звонок от его агента. Он сказал: «Джонни смотрит не так много фильмов, но ваше «Сумасшедшее сердце» оказалось в их числе…» И мы договорились о личной встрече. Я приехал к нему в районе полудня и уехал лишь в восемь вечера. Все это время мы просто болтали. О фильмах, музыке, литературе… И я в двух словах описал ему свой новый проект. Я был более чем откровенен: «Черная месса» никогда не охватит такую огромную аудиторию, в которую целится большинство ваших фильмов», — сказал я ему.



Скотт Купер

А как работа со звездными режиссерами отражается на выполнении продюсерских функций? Вопрос преимущественно к вам, Стейси. Легко ли работать с Квентином Тарантино?

ШЕР: «Омерзительная восьмерка» — не самый показательный пример сотрудничества с Квентином. Ведь проблемы начались задолго до начала съемок — в тот момент, когда у него украли сценарий. Он был вне себя! И потому, что публика получила доступ к тексту, который все еще находился в работе. И потому, что сценарий уплыл из рук тех людей, которым он доверял. А еще мы снимали в снегах. Это вам не солнечная Калифорния!

ГОЛИН: Как я тебя понимаю!

ШЕР: Мы очень сильно зависели от погоды. На каждый съемочный день мы на всякий случай готовили три вызывных листа. Если было солнечно, снимали внутри галантерейного магазина. Если небо затягивали облака — сцены с дилижансом. Если шел снег — натуру.

Недавно Тарантино во всеуслышание назвал американских копов «убийцами», что привело к бурной реакции со стороны полиции. Они уже объявили «Омерзительной восьмерке» бойкот. Как вы относитесь к подобной несдержанности режиссера?

ШЕР: С пониманием и сочувствием. (Улыбается.) Видите ли, в чем дело. Квентин — это режиссер, который очень серьезно и глубоко погружается в те проблемы, волнующие его по-настоящему. Во время общения с журналистами он предельно откровенен. Он не может и не хочет скрывать свои чувства. Не занимается самоцензурой. Не задумывается о том, как в нашу эру сенсаций и скандальных заголовков будут представлены его реплики. Его не волнуют последствия. И это то, что меня в нем особенно восхищает.

Считаете ли вы наше время великой продюсерской эрой?

ГОЛИН: Ну уж нет! Мало того что мы выполняем тяжелейшую работу, так это еще никто не замечает. Всем ясно, чем занимаются в кино актеры, режиссеры, операторы и так далее. А вот на продюсеров часто смотрят как на лишних, не обязательных для индустрии людей.

ВАНЧОН: Некоторые инвесторы с огромным удовольствием вычеркнули бы нас из состава съемочной группы. Им кажется, что организационные моменты решатся как-нибудь сами. То, что продюсерам приходится объяснять свою роль в создании фильмов, как минимум унизительно. Поверьте, мы не просто так путаемся у всех под ногами!



Кристин Ванчон

Какие фильмы из вашего детства оказали на вас наибольшее влияние?

ШЕР: «Бешеный бык» и «Заводной апельсин». Причем «Апельсин» я посмотрела раз двадцать в неподходящем для этого возрасте — мне было лет 13–14, не больше. Думаю, никого потом не удивило, что я выбрала именно эту профессию.

КУПЕР: Коппола. Две части «Крестного отца» и «Разговор».

ГОЛИН: Мое детство прошло без кабельного телевидения, и многие важные фильмы я посмотрел, уже будучи взрослым, — в Нью-Йоркском университете, куда пошел учиться в начале 70-х. Самое сильное впечатление произвели картины Феллини и Антониони. «Красная пустыня» буквально взорвала мой мозг.



Айс Кьюб

ВАНЧОН: А я росла в Нью-Йорке и все время зависала в кинотеатрах. Помню, как я каждую неделю ходила на «Приключения Посейдона», пока его не перестали крутить. А однажды мы с подругой бродили по городу в поисках какого-нибудь фильма ужасов. На одном из кинотеатров висела афиша картины Бергмана «Шепоты и крики». И мы подумали: «О, это же должен быть хоррор!» Им он, в общем-то, и оказался. (Улыбается.)

КИНБЕРГ: «2001 год: Космическая одиссея». После этого фильма я впервые почувствовал, что кино — это искусство и есть люди, которые его создают. И в ту же секунду я захотел стать частью этого загадочного, но невероятно притягательного процесса. С




Tags: продюсер
Subscribe

promo cinematographua декабрь 29, 2016 19:15 122
Buy for 100 tokens
Что смотрят Блогеры ЖЖ? Это новый проект который поможет блогерам Живого Журнала поделиться своими предпочтениями или дать советы по просмотру Кинофильмов или Телесериалов. Возможно вы найдете друзей с такими же кино пристрастиями. Время от времени мы будем создавать список самых популярных…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments